Если нет зеркал

English name: Вe My Mirror

Всем chaotic neutral
и бехолдерам
посвящается

«Робот! Ты же был человеком,

Мы бродили по лужам,

В лужах плавало небо!»

А почему бы и нет? Почему бы Инет, как я любила говорить когда-то?

«Не ты». Ха-ха, я не буду тебя слушать. Не сейчас, не сегодня, когда вот-вот закончится весна и наступит лето. Никаких изменений в сером мире — но сейчас я его просто не вижу. Потому что только что закончился дождь, потому что под ногами — горячий камень, и эти две стихии яростно спорят, выпускают, так сказать, пар… Вполне реальный, кстати.

Бегу по мосту, по горячим каменным плитам.

Сквозь туман.

Вообще-то он тоже серый, но туману и положено быть таким, верно? Кажется, он всегда был серым. Главное — сейчас я не вижу всего остального, того, чему быть серым никак нельзя.

А потому просто бегу вперед, не глядя, куда именно.

Вперед. И одновременно — назад.

Шаг.

Этот день был невероятно не похож на сегодняшний — яркий, весь зеленый и желтый под голубым небом. Да, тогда мы с тобой еще не были знакомы. Это детство, родной мир… так давно!

Еще шаг.

Жаркий стук крови, обида, злость поражения… Издевательски-вежливый голос… Друг. Да, это тоже детство…

Прыжок.

Это ты.

Лишенный цветов, потому что в plain text. Лишенный лица и голоса, — по той же причине. Но это уже ты, я знаю.

Мы встретились.

Скольжение.

Это ночной парк, где я так любила бродить. Обычно просто гулять, иногда — сражаться, ведь считается, что я затем и прилетела сюда. Но я знала, _зачем_ — уже тогда.

Тогда ты обрел для меня звук и цвет.

Мы встретились, еще не зная, что это именно мы.

Мы прятались за полупрозрачные ширмы этикета, мы знали — но не могли этого понять… Миры рвали нас на части — тот, где не было цветов и звуков, было лишь разделенное на двоих одиночество, и этот.

Этот, в котором была серебристая луна, печальное небо и одна дорожка для двоих.

Мы думали, что должны сражаться, и пытались это сделать.

Но разве это возможно?

Я не могла бросить тебя — там, за хрупкой гранью экрана.

Ты не мог заставить себя перестать видеть мои глаза…

Взлет.

Ты помнишь ту легкость, то невероятное облегчение, когда миры объединились, когда оказалось, что plain text всегда имел цвет твоих глаз, хотя он и всего лишь plain text? Ты помнишь…

А я почему-то никак не могла вспомнить…

«А сейчас?».

Нет, сегодня я не слушаю тебя, мой серый бестелесный голос. Только не сегодня!

Взлетаю на перила и удивляюсь, как не подумала об этом раньше. Это же так легко… легко танцевать в тумане, когда тебя никто не видит. Может быть, это и не перила вовсе, а поверхность моста, так что все как обычно? Да, наверное, это так.

Неважно. Наклоняюсь вперед.

Вот оно, стекло. Вот они, не мои пальцы… а глаза закрою, все равно они и обычно ничего полезного не видят, а сегодня и вовсе ничего. Даже севсем-совсем ненужного и бесполезного — ничего.

Это и не нужно.

Смотрю в мрачное безлунное небо — твоими глазами. Сегодня я обману тебя, можно?

Я даже жду несколько секунд, как будто кто-то может мне ответить: я ведь вежливая. Была. А, какая разница?

Медленно расслабляю руки и пихаю их поглубже в карманы, подальше от греха. Или инстинкта самосохранения, это уж как посмотреть…

Подумаешь — было бы что сохранять!

Расслабленно прислоняюсь к толстому стеклу витрины, закрываю глаза — твои глаза. Я хочу отдохнуть… ты тоже заслужил это. Пусть этот застывший миг обойдется немного без нас.

Покой…

Здесь тихо, но не мертвой тишиной. Здесь живет и тихонько дышит надежда. Которая, как и положено надежде, странного серебристо-сине-сиреневого цвета.

Когда я опираюсь о перила слишком сильно, то чувствую стекло, слишком толстое, чтобы его можно было пробить. Когда расслабляю пальцы, мне не на что опереться, чтобы перегнуться вниз.

А разве нужно?

…Глаза раскрываются как раз вовремя — и видят проносящийся мимо и вниз мост.

Я падаю, и уже поздно что-то менять. Руки могут сколько угодно дергаться и судорожно пытаться выбраться из карманов — бесполезно. Никогда не умела держаться за воздух… и не собираюсь учиться.

Мне ведь надо вниз, не так ли?

Говорят, если сильно удариться головой, можно увидеть звезды… наверное, они не будут серыми. Так или иначе, я попробую выбить из себя и серой воды внизу что-нибудь яркое.

Настоящее.

…Поверхность совсем близко. Кажется, мне даже становится страшно.

Это неплохо. Хотя тоже бесполезно и поздно.

Сейчас!

…Когда-то я бродила по лужам. Старательно и терпеливо заглядывала в каждую, ловила взгляд своего отражения и удивлялась, что оно в каждой луже одинаковое. Тогда мне казалось, что в мире нет никого, кроме меня… и всем _мне_ было очень одиноко.

Вода в них была такой же мрачной и серой, как та, в которую я только что упала. И так же не содержала ничего, кроме вечно одинакового отражения.

Но почему сейчас я вижу не серый, а фиолетовый? Совсем близко…

Я пытаюсь решить простую задачку. Если упасть в серую воду, закрыть глаза, открыть снова — и увидеть фиолетовый цвет. Тот самый фиолетовый, то…

…наверное, это уже не вода?

Yuuki-hime

Добавить комментарий