Уф, кажется отпустило

Давненько как-то меня тут не было. Но это не значит, что всё настолько плохо, а скорее ровно наоборот. Когда меня начало очередной раз затягивать в бездну пустоты, случилось чудо: меня вытащили. Точнее, вытащила :-)

Это пробовали сделать многие. Результат бывал в лучшем случае нулевым, в худшем — отрицательным. А она… Она не сделала ничего особенного. Она не стала настойчиво убеждать меня, что «не всё так плохо»™ — это обычно приводило к тому, что несостоятельность аргументов только убеждало меня в том, что «всё» таки плохо. Она не стала предлагать мне бесконечные варианты решения проблемы — заняться «чем-нибудь», попробовать поискать положительные стороны в жизни и в себе, или же просто выкинуть эту дурь из головы. Нет, она просто продолжила общаться со мной как с человеком, а не как с никчемным убожеством… и тут случилась какая-то магия: мне вдруг стали приходить на ум разумные мысли! Так то: а что, собственно, случилось? Так ли плохо, что я такой никакой? Жизнь-то продолжается… Причем эти мысли не были какими-то притянутыми за уши, а такими… естественными…

Результат — не эйфория, не отчаяние, не депрессия… Что-то спокойное, тихое, теплое, ламповое, уютное… Ну что я могу сказать? Вовремя она меня нашла. Хоть бы в этот раз всё получилось.

Легкий нежить

Українська мова мені безумовно подобається. Приколы с ней давно известны и в силу боянистости уже не те радуют. Но иногда встречаются перлы… Смотрю урок про роды существительных. Встречается задание, где нужно выбрать среди неправильных вариантов единственный правильный. Один из неправильных вариантов выглядел так:

легка нежить

Задумываюсь. Да, «нежить» читается как «нэжить», но всё равно до боли знакомо. Долго думал, что бы это могло значить. Не додумался. Посмотрел в словарь. Нет, что бы вы думали, «нежить» — это, внезапно, «насморк»! Ух, как моё воображение разыгралось. То представляется сопливый зомби, то античный могущественный лич, насылающий насморк на полчища врагов, то придумывается пословица «мертвым насморк не страшен»…

NB: таки «нежить», як і «насморк» в російскій мові, — чоловічого роду, и тому правильно буде «легкий нежить», а не «легка нежить». И тут же мерещится: «Легкий нежить, что ты вьешься над моею головой…».

Глюкооборона

Сестра моя возлюбленная!

Когда мы, сидя на баррикадах, отбивались от дерьмоедов, я думал, что пишу тебе в повышенной боевой обстановке. Черта с два! Сегодня я узнал, что такое настоящая повышенная боевая обстановка.

Меня осаждают глюки! Меня, которого сами мастдайные кваки прозвали королем глюков! Совсем от рук отбились. Начали они с того, что внезапно, как водится, съели мой мозг. И, представь себе, я даже забыл о том, что он мне совершенно не нужен! О ужас мой поднебесный.

К счастью, у меня появилась боевая союзница, у которой очень богатый опыт общения с глюками, поэтому её каким-то съеденным мозгом не проймешь. Так что пока меня плющило, она успешно проигнорировала все глюки, а они сама знаешь как этого не выносят.

Короче, мы пока победили, но это временно! Зализываем раны, кормим белок, ждем Второго Удара. Лайла тов!

Лама?

Вот последний месяц я прожил с очень хорошим ощущением, несмотря на то, что в моей жизни ничего не изменилось. Так почему же, почему я не могу так жить постоянно? Если я такой убогий, что не могу ничего, что меня ничего не интересует, то что бы мне не жить как живется? Вот обязательно заморачиваться этой всей хренью? От заморочек лучше-то не становится, так зачем они мне?

И да, я таки живой, несмотря ни на что. Просто жизнь у меня такая… пустая.

Вообще я в последнее время обленился до невозможного. Я думал, что после того, как я оклемаюсь окончательно, это уйдет. Авотфиг. Даже в начале этого ада было как-то продуктивней. Я, помнится, в период 2004–2008 годов столько всего переделал на работе интересного. А сейчас не хочется делать вообще ничего.

Интересно, что будет, если я перестану пытаться себя анализировать? Долго я так смогу выдержать? Если просто расслабиться и пытаться получать удовольствие от того, что есть, даже если это ничто. Хотя вряд ли я так протяну хоть сколько. Всякие мысли полезут почти немедленно.

Я всегда был задвинут на свободе. В результате получается идиотизм полный. Внешняя свобода ограничена почти полностью идиотской системой, а свобода внутренняя, которая теоретически должна быть не ограничена ничем, почему-то тоже почти полностью отсутствует. Самое страшное рабство — это быть рабом самого себя.

Но корень проблемы, как мне кажется, всё-таки в том, что мне всё очень быстро надоедает. Лама? Рабочая гипотеза, что это из-за смеси лени и перфекционизма. Я быстро чем-то увлекаюсь, потом понимаю, что серьезное увлечение подразумевает серьезные усилия, мне становится лень, я понимаю, что серьезного уровня в своём увлечении не достигну, и свое увлечение бросаю. Но почему я не могу просто чем-то заниматься с удовольствием, не пытаясь ничего достигнуть? Важен ведь процесс, а не результат. Не понимаю.

Положительное

Может показаться после предыдущего поста, что «всё плохо»™, но это довольно далеко от истины. Надо подбить и положительные итоги.

Во-первых, тот ад, в котором я жил последние двенадцать лет, ушел навсегда и уже не вернется. Хренушки! Это самое главное.

Во-вторых, я наконец-то понял свое место в жизни, точнее его отсутствие. Если раньше меня мучили сомнения, то теперь сомнений не осталось почти никаких. «Почти» — потому что я не люблю излишнюю категоричность. Кто знает, как оно может еще повернуться… Но я действительно не вижу выхода. Что в этом положительного? А то, что теперь можно не париться. Я ведь знаю, что всё равно ни фига не выйдет, так зачем?

В-третьих… Я так полагаю, что самообладания у меня должно прибавиться после этого. Почему? Потому что обычно меня начинало нести, как Остапа, когда меня посещали глупые мысли, что в моей жизни можно что-то изменить. Теперь же я знаю, что изменить ничего нельзя, не изменившись для начала самому. Главное теперь, чтобы научиться распознавать иллюзии изменения, вроде той, в которой я пребывал последний месяц. Вот как, блин, мне отличить, кажусь ли я живым или на самом деле жив? Наверное, во-первых, должно быть серьезное обоснование изменения, а во-вторых, оно должно выдержать проверку временем хотя бы, что ли.

В этот раз обоснованием мне показалось то, что я, наконец, оклемался. Но это глупо. Я лишь убрал всю ту бяку, которая причиняла мне страдания, и вернулся в то состояние, которое этому всему предшествовало. Не было ни малейших оснований предполагать, что изменится что-то еще. Ну и проверка временем тоже… В этот раз эйфория рассосалась за месяц. При других условиях возможна и более продолжительная иллюзия, но не думаю, что она может протянуть хотя бы годик-другой.

Итак, с высокой степенью уверенности можно предположить, что мне не следует даже пытаться считать себя живым, если нет никакой серьезной причины для этого и это состояние не длится хотя бы год, а лучше два.

Недолго музыка играла

С самого начала, как только я пришел в себя где-то под Новый год, не к ночи будь помянут, я знал, что нахлынувшая эйфория — это временно. На место её было просто обязано прийти что-то еще. Не знал, что это будет. Я был уверен, что не будет больше этого ужаса, смеси отчаяния и апатии, в которой я жил двенадцать лет. Я оказался прав.

Но я надеялся, что это будет что-то более-менее жизнерадостное. Пусть не та эйфория, но хотя бы что-то умеренно оптимистичное. Я ошибался.

Ну в какое состояние я мог прийти, если подумать? Очевидно же. В то, откуда вышел изначально. Когда ничто не интересно, ничего не хочется, и ничего не чувствуется. Пустота. Да, это не та, адская пустота, от которой уже не хочется даже умереть. Это пустота обычная, привычная мне, знакомая мне еще до моей первой любви. Это пустота никакая.

Проклятье! Ну вот как, каким таким волшебством люди умудряются хоть чем-то интересоваться в этом мире? Не быть никакими, никому не нужными неудачниками? Чего во мне, какой такой жизненно важной части не хватает, чтобы просто жить? Хоть что-нибудь, хоть какая-нибудь фигня заинтересовала бы, так нет же…

Семейное положение в Контактике меняется с «в активном поиске» на «не женат», каковым оно и останется на остаток тех ста двадцати лет, что отпущены мне. Кому нужна пустышка? Я думал, может быть другой такой пустышке хотя бы? Но нет… нуль плюс нуль всё равно будет нуль. Такие отношения заранее обречены, так нужно хотя бы иметь достаточно ответственности, чтобы их и не начинать.

Я думал, что смогу полюбить это своё болото. Я ошибался. Но я хотя бы теперь могу не испытывать к нему ненависти. Хотя бы я не живу больше в аду. И то хлеб.

Мистер Фетчер — последний из Семнадцати Юнг

Началось всё в буфете ЦУП, где было собрание какого-то разного народа. Среди этого народа был молодой негр, на которого все как-то очень подозрительно смотрели, а потом и вовсе начали допрашивать — кто такой, откуда взялся, что он здесь делает и так далее. Негр как-то очень неохотно отвечал на расспросы, но потом стало ясно, что он это делает не из-за того, что у него какие-то дурные намерения, а просто он не хотел, чтобы узнали, кто он такой, и слишком много шума вокруг него подняли.

Дело в том, что, как выяснилось, этот негр был последним из Семнадцати Юнг. И он только выглядел молодо, а на самом деле ему было прилично за шестьдесят. Этих Семнадцать Юнг как-то специально отобрали еще детьми и поселили на необитаемый остров, где они должны были чему-то учиться. Причем поскольку среди них были и мальчики, и девочки, то отбирали только тех, кто не замечал разницы между полами, чтобы не возникло никаких проблем. Затем они выросли, чему-то научились, и стали путешествовать по миру на каком-то корабле, который сами же и построили. У них была какая-то сложная миссия, и в процессе её выполнения большинство из них либо погибли, либо куда-то пропали. Остался один вот этот негр, которого звали мистер Фетчер.

Потом началось какое-то мероприятие, но я не помню подробностей.

Любая привычка — паскудная штука?

Играю с самим собой в психологическую игру. Считаю, сколько раз за день я произнесу имя своей несбывшейся первой любви. Хотя оно больше не имеет власти надо мной, двенадцатилетние привычки просто так не исчезают. Вчера одиннадцать раз насчитал, например. Сегодня пока девять.

Всё-таки забавно, сколько всего человек делает, не задумываясь. Сколько ресурсов ум тратит на какую-то фигню… Эх, освободить бы их под что-то полезное! И вообще, мне кажется, что с возрастом время начинает быстрее лететь только потому, что большая часть времени занята непонятно чем.