Изменения состояния

Забавно наблюдать за изменениями своего состояния. Сначала, по возвращении к жизни, была просто невероятная легкость и эйфория. В этот период я мало спал, но хорошо высыпался. Реально ложился часов в десять, просыпался в пять, вставал правда лишь в шесть-полседьмого. Для меня, привыкшего ложиться полдесятого и с трудом продирать глаза в семь, это нечто небывалое, тем более зимой, когда вставать приходится затемно, что я ненавижу.

Потом эйфория схлынула малость, наступило довольно забавное, но нестабильное состояние. Иногда сижу и ничего не чувствую, а иногда нахлынивает… нечто. Нежность, радость, счастье, веселье — всякий раз что-то разное. Так странно. Со сном тоже непонятно что творится, то высыпаюсь как во время эйфории, а то опять с трудом в семь встаю. Один раз даже на работу опоздал, что со мной случилось второй раз за те уже почти три года, что живу в своей квартире, и то в первый раз у меня батарейка в часах села.

Не хватает снов… тех, бредовых, безумных, с летающими слонами, взрывающимися трамваями и мастерами веревок. Что-то изредка бывает, но плохо запоминается. Надо настроить себя как-то, что ли…

Кувергентный сартупель

Кувергентный сартупель! Ну вот что ты висишь, как португалец над скалой лавин? Среди лесов и болот трудно найти свободу коней. Так выйди же из своей чащобы, дай дури и поддай придури! Освободись! Пусть плесень гоняется за нами по чердакам и подвалам, а мы-то её будем поджидать в кустах стальных львов. Вот сюрприз-то будет!

А мыло-то, мыло! Прыгает, скачет, радуется жизни… эх, все бы так. Но нет — среди наших походных условностей лишь печаль может служить оправданием вечности, и то с натяжкой. Эх, единорогов на вас нет! Заплесневелые вы мои. Родные.

Рано

Восторг. Ледяные пылинки в последних лучах летнего солнца. Радуга бессмертия над лесом. Прекрасная картина для первой вечности новой жизни. Я говорю тебе: ты есть, ты здесь, и — я есть, я здесь. Ах, сколь же несовершенны слова. Разве можно выразить словами всю гамму нежности, восторга и… впрочем, рано. Еще не допел последний сверчок, не погасла свеча, не вышел последний номер последней правды… Тигры и принцессы мирно спят в своих клетках не желая тревожить нас, простых смертных. А мы и рады.

Сколько же… всего. Всякого. Разного. Сколько же битов информации в каждом мгновении? Можно быть счастливым? Можно. Можно не быть? Тоже можно. Свобода. Халява. И… еще одно слово, которое я, пожалуй, пока не стану произносить. Ведь рано же!

Путь любви, путь бессмертия…

Когда трудно сидеть на одном месте, когда хочется пуститься в пляс (еще б я умел), когда звезды сами падают в ладони, а лучи луны и солнца переплетаются в золотисто-серебристые ленты… Я говорю тебе: здравствуй! Я говорю себе: я жив! Мы — одно, но мы столь разные! И это прекрасно!

Каждое мгновение, каждый жест, каждая капелька росы на реснице — всё это жизнь, всё это путь. Путь любви, путь бессмертия, путь свободы — не всё ли равно? Хочешь быть — будь, не хочешь — всё равно будешь, куда ты денешься! Ах, сколь же прекрасным может быть… кто? Или что? А какая разница! Красота не знает ни границ, ни начала, ни конца. Да будет так!

…и радуга встает над лесом. Нежная песня зимы…

Луговая алхимия

Вот же как всё происходит! Стоило ожить, и сразу потянулось в мою жизнь всякое разное… интересное. Нашел я совершенно потрясающий сайт «Сквозь стены Матрицы». Нашел — вы будете смеяться — на сайте эзотерических знакомств, но это отдельная история.

Если кому-то показалось сходство с Pnohteftu по одному только названию — вы отчасти угадали! Это тоже о свободе, но несколько в иной модели.

Пока я осилил только первую книгу, «Как ходить сквозь стены Матрицы. Луговая алхимия». О ней сейчас и пойдет речь. Сразу скажу, что всякое Таро я пропустил при чтении, так как оно мне мало интересно.

Модель примерно такова. Есть Луг — это образ изначального, светлого, святого. И есть Матрица — набор ограничений, наложенный на изначальное, видимо, для того, чтобы играть интереснее было. Тут ничего особо нового, это вы увидите и в Pnohteftu, и в саентологии, и много еще где. Характерной особенностью этой модели является то, что изначально постулируется, что людей много и они разные, но изначально абсолютно этичны, а поэтому конфликт желаний на высшем (луговом) в принципе невозможен — они Договариваются. Вопрос о том, сколько на Лугу людей и почему же в таком случае количество людей на Земле изменяется, остается незатронут, ну да ну его.

Единственное, что меня несколько насторожило в этой книге — какое-то уж слишком черно-белое разделение на луговое и матричное. В рамках рассматриваемой модели это правильно, конечно, но не следует забывать о том, что любая подобная модель может привести к излишней категоричности. Ловушка довольно банальная, но эффективная — попадаются в неё часто. Это ведь так соблазнительно — поделить всё на черное и белое! У меня, правда, сложилось впечатление, что у Аннунциаты какой-то иммунитет на эту ловушку, поэтому она даже не подумала о ней упомянуть. Но всё же.

В остальном это какой-то непрерывный, невообразимый кайф! В отличие от Pnohteftu, где порой приходится продираться сквозь достаточно лаконичные высшие материи, эта книга читается, как песня! Но главное — это тон, жизнерадостный, счастливый такой, им просто невозможно не заразиться. Хотя это я сейчас так говорю, а что бы сказал месяца три назад? Но месяца три назад мне и не могла попасться эта книга.

Отдельного упоминания заслуживает луговое делопроизводство. Аннунциата, ты гений! Обратить, казалось бы, самую матричную заразу, воплощение кристально чистого зла — бюрократию — против самой Матрицы! Браво! А я ведь этим пользовался, только в своей модели, где я всемогущий, поэтому и обращаться всегда надо к себе самому. И у меня всегда заявление принимало форму «Хочу того-то в такой-то срок». Разнообразить этот механизм мне даже не приходило в голову, а уж обращаться к другим людям — тем более.

Луговая алхимия ближе к так называемой реальности, чем Pnohteftu. Последняя рассматривает вселенную, как результат деления на части чего-то, чему и названия быть не может. Соответственно, всё рассматривается с точки зрения, что по большому счету людей нет вообще. И каждый сам себе б-г. У Аннунциаты же нет необходимости подниматься до такого уровня абстракции, ведь это более практичное, приземленное руководство. Если вселенная выглядит как населенная людьми, плавает как населенная людьми и крякает как населенная людьми, то почему бы и не считать её населенной людьми? И никто не запрещает стать свободным и счастливым по рецептам луговой алхимии, а потом пойти дальше уже путем Гаутамы Сидхартхи, ежели охота будет.

Карта Таро 13 лет спустя

Хм, вот интересно-то как выходит…

Вашим отражением является Суд
Плутон, психологическое могущество, воскресение из мертвых. Осознание бессмертия. Открытость божеству. Психологическое перерождение и свободное выражение воли. В вас есть силы выпутаться их сложных ситуаций или отказаться от чего-либо сейчас, чтобы в будущем пожать богатый урожай. Избавление от того, что гнетет вас. Совесть вас ведет, и это очень хорошо.
Пройти тест

Это сейчас. А вот что было 22 ноября 2003 года:

Я Башня!
Гнев Божий, истина и просветление, пробуждение от мрака. Что-то препятствует познанию Божественного. Взгляните правде в глаза — все тайное становится явным, так что если мудрите, то не перемудрите. Откровение, если жаждете самопостижения. Что-то, что происходит внезапно — обычно отрицательное. Будьте внимательны!
Какая карта Таро является вашим отражением?

Не правда ли, любопытно? Действительно, что-то препятствовало познанию божественного, и я взглянул правде в глаза. В результате внезапно произошло нечто сначала очень положительное, но потом — столь же отрицательное.

А теперь, 13 лет спустя, «избавление от того, что гнетет вас». Как метко-то! Самое интересное, теперь мой результат совпадает с результатом, который получился у любви моей несбывшейся тогда. Мы еще этот тест разбирали, ища отличия в наших ответах, помнится…

Трах-тибидох — и никакого крейсера!

И почудилось мне, что на дворе 1995-й год, мне снова тринадцать лет, и что я занимаюсь сексом со своей будущей женой (ей тоже тринадцать лет) в школьном классе перед доской при всех учениках и учительнице. Причем делаем мы это для того, чтобы уничтожить вражеский крейсер, явившийся из другого мира, чтобы уничтожить Землю.

О, Вечность! До чего же приятно быть безумцем! И спасибо тебе, что уголовная ответственность наступает только с четырнадцати лет! Хотя бы и в воображении…

Но скажи пожалуйста, кто же, блин, моя будущая жена?!

На нас напали дерьмоеды!

Сестра моя возлюбленная!

Пишу тебе с экстренных баррикад под давлением обстоятельств, так что уж не обессудь. Мы тут отбиваемся от каких-то очередных дерьмоедов. Они совершенно неожиданно нашли наш клад, что на улице Забытых Сумраков, откопали его, и такое началось, что ни в сказке сказать…

Ты, наверное, помнишь, как мы охотились на глюков в конце прошлой эпохи. Так вот, тут даже похлеще творится. Мы же совершенно не готовы были к войне, пацифисты хреновы! Даже баррикады сооружали из — стыдно сказать! — самогонных холодильников. Ну, тех, что еще от Дубовертки остались.

Пока отбиваемся более-менее успешно, но это до поры, до времени. По утрам уже снятся телефонные трубки, а соседи поговаривают о затоплении революции. Сама понимаешь, при таком раскладе даже самый первый раздолбай, и тот сбежит куда глаза не глядят.

Ой, опять они канализацию прорвали! Извини, надо бежать, в следующий раз до пишу. Не скучай! Мы-то тут не скучаем…

Зеленая дверь

Я стою перед зеленой дверью. Она распахнута настежь. Теплый, ламповый ласковый ветер треплет мне волосы. Там, за дверью, как водится — рай. Нет, не тот, в котором птички поют и солнышко светит, и в котором захочется выть от скуки уже на следующий день. А тот, в котором над своим счастьем нужно работать каждый день, каждое мгновение — зато счастье это будет настоящим, ярким, живым!

И вот стою я и смотрю на неё, как баран на… Хм, надо ввести в оборот новое выражение: «как баран на зеленую дверь». Страшно. И нет бы взыграло это моё обычное предчувствие, которое кричит «Стой, дурак! Ты куда? Туда нельзя!» — так нет же, молчит, зараза… Значит — можно? Значит — протяни руку, шагни… и — что? И отдать взамен весь свой уютный мирок, свою никчемную жизнь, которую я наконец-то научился ценить и любить? А ведь еще там, за зеленой дверью, бывает, что и шею сворачивают. А значит — нельзя.

О, вселенная! Вот что это, зачем ты мне это? Это просто такой прикол? Или ты меня троллишь? А может, это испытание, смогу ли я остаться по эту сторону? Достаточно ли ценю то, что у меня есть? Или же это всё-таки шанс, который можно принять, а можно отказаться? И ведь знаешь же, что я всё равно откажусь, на Хрена же ты мне его предлагаешь?

Но я всё равно тебя люблю. Ты у меня самая-самая лучшая, хоть у тебя и люди завелись, как в том анекдоте…